Конвейер репрессий. Жительницу Речицы осудили за «содействие экстремизму». Как силовики провоцируют задержанных, чтобы завести новые уголовные дела Хроника политического преследования 7 июля.

Беларуский дипломат рассказал, как замглавы МИД Литвы предпочла ему Тихановскую Эта история произошла на заседании ОБСЕ.

На беларуско-российской границе очереди, даже на побочной дороге машины стоят по три часа Это связано с тем, что теперь россияне едут в Беларусь, чтобы заправиться.

Лукашенко — о «показательном» холдинге: Дисциплины нет. Иногда и скот без воды (дополнено) Холдинг находится под «крышей» Управления делами президента.

Бывший политзаключенный Игорь Лосик рассказал о методе пыток в Новополоцком ШИЗО «Слышал, как люди бились головой об стену в соседних камерах».  

26 лет назад пропал Дмитрий Завадский Реальные виновные в похищении журналиста так и не установлены.

Лойко: «Для россиян поездка в Беларусь за топливом становится привлекательной. Для нас это чревато дефицитом и инфляцией» Как ситуация с бензином в России повлияет на нашу страну.

Ольга Зазулинская: «Не деньги, не должность, не работа. Люди. Они способны творить невозможное» О неслучайном пути в политику, болевых точках «социалки» и не только.

Класковский: «Если война перекинется на Беларусь, то может быть каюк. Так что Лукашенко включил всю свою изворотливость» Режим оказался между двух огней.

Психолог Задвинская: «Вы не представляете, сколько ко мне приходит родителей четырехлеток, которые жалуются, что их бьют дети» О резонансном случае в Турове и причинах появления детской жестокости.

​​​Демонстрация силы и сигнал врагам. Тело Али Хаменеи увозят из Тегерана под призывы отомстить Недовольство внутри нового руководства Ирана.

«Даже если за полтора года удастся полностью руинировать Славянск и Краматорск, ничего не кончится» Морозов — о взгляде на войну из России.

Больш чым па 20 гадоў зняволення. Вынеслі прысуд па рэзананснай справе сям'і Ліпскіх Іх абвінавачвалі ў падрыхтоўцы забойстваў 52 чалавек.

Судаленка: «Хутка на вяселлі будуць урывацца і патрабаваць у маладых ды іх гасцей мабільнікі на праверку» Ці можна ў Беларусі збірацца на пікнік?

Лукашенко: «Мы воевать не хотим» Правитель нашел «партию войны» (правда, не там, где все могли бы подумать), но успокоил генералов, пообещав не отправлять на «бойню» с НАТО.

«Не злоупотребляйте гостеприимством беларусов» В соцсетях комментируют историю с брошенным окурком.

Мужчину забрали в милицию за пару фото на площади в Новополоцке 3 июля «Сказали, что я снимал сотрудников».

«Бывай, дарагі Пётра!» Сябры і калегі — пра сыход Пятра Садоўскага. «Заўсёды быў на правільным баку гісторыі».

«Кто там нас не признает до сих пор». Лукашенко принял у себя Лукашенко Отец с сыном поговорили о спорте.

Конвейер репрессий. Стало известно, что за «экстремистов» помиловали к 3 июля. Сергея Михалка скоро будут судить заочно за «оскорбление Лукашенко» Хроника политического преследования 6 июля.

Рыжычэнка: «На рынку настолькі не хапае працоўных рук, што неабходна выводзіць на працу пенсіянераў» Бухгалтар у 70 год ідзе працаваць не таму, што адчувае сябе так добра.

Памёр палітык і дыпламат Пётр Садоўскі Яму было 87 год.

Позняков: «Чем щедрее обещания о будущих выплатах, тем больше вопросов к настоящему» Об «относительно честном способе отъема денег» у пенсионеров.

Война, 6 июля. Как ВСУ удалось атаковать Омский НПЗ? Массированная атака по Киеву — более десятка погибших. Над Гомельщиной замечен дрон

Никита Золотарев: «Было дико – просто выйти в город и видеть людей в обычной одежде. Все мелькали перед глазами черные робы и пятнистая милицейская форма»

Чалый: «Тот самый момент, когда сделка с дьяволом пошла не так, как ты планировал» «Представляю этот разговор: «Помнишь, Саша, как ты радовался, что мы у тебя ядерное оружие разместили? Пришло твое время».

«Брат, ты в Беларуси. У нас так не принято». Милиция задержала туриста, бросившего окурок на улице Беларус сделал замечание мужчине, что тот мусорит, а в ответ получил матерные оскорбления. Россиянина нашли.

Копытько: «В любой момент «историческими» землями может быть провозглашено что угодно, хоть герцогство Курляндское» В зависимости от конъюнктуры Россия может изменить и переговорные позиции, и свои требования.

Конвейер репрессий. Беларусов за «измену государству» судят в разы чаще, чем россиян в воюющей России. Правозащитники: репрессии не просто не уменьшаются, а растут Хроника политического преследования 5 июля.

Шрайбман: «За ўсе гады кіраваньня Лукашэнкі такой сытуацыі яшчэ не было» Як распаўзаюцца крэслы пад беларускім правіцелем і хто падхопіць уладу пасля яго?